Любовь

С тобой у меня связано очень много воспоминаний. Разных - как ты сам. Есть среди них яркие, теплые, как весеннее солнышко. А есть и такие, которые не то, чтобы хочется забыть, но и возвращаться к ним желания нет.

Самое первое мое воспоминание, связанное с тобой - вечернее, даже ночное. Когда меня, почти 4-хлетнюю девочку папа разбудил и сказал каким-то заговорщицки-торжественным шепотом:

- Мама родила братика!
- Жаль, - ответила я спросонья, - мне хотелось сестренку.

Потом я вспоминаю наш с папой визит в роддом. Как мама показывала нам в окошко маленький сверток - тебя. А еще как она выбрасывала нам в форточку апельсины, которые мы же ей и принесли. А они оказались противопоказаны. Перед глазами стоит картина: ярко-оранжевые шарики на белом снегу, и мама, улыбающаяся и машущая нам через окно.

Еще я помню родителей, которые, обнявшись, стоят в полутьме детской, склонившись над твоей кроваткой. И мое первое удивление оттого, что у тебя оказалось «писюлька петушком». Не так, как у людей.

Также я отчетливо помню, как ты порезал себе руку (шрам на твоей ладони растет вместе с ней до сих пор). Мама поехала с тобой по Скорой, а я, оставшись у соседей, молилась о твоем здоровье. Так, как может молиться маленькая испуганная дочка атеистов:

- Милый боженька, если ты есть, сделай так…

Я очень хорошо помню, какой ты был «солнечный» мальчик - пухленыш с голубыми глазами и обезоруживающей улыбкой. Ты даже на вопросы «Мальчик, как тебя зовут?» отвечал:

- Я Котя Гуляев. Я хорошо живу.

Только с появлением тебя в моей жизни я поняла как это - не бояться. Мальчишек-забияк, темноты... Да мало ли чего еще можно бояться! Но все это меркнет, когда ты понимаешь, что рядом с тобой кто-то, кого любишь и кто более беззащитен, чем ты. Ты придавал мне сил. Помнишь, как я саданула по ушам пацану, который обижал тебя летом в лагере? Это только после того, как сделала, я с ужасом подумала, что было бы, соберись он дать мне сдачи. А тогда…

Я вообще моментально повзрослела с твоим появлением. Я же стала «старшей сестрой». Пусть мне этого не очень то и хотелось, но…

И знаешь, самое интересное, что я уже навсегда ей останусь. «Старшей сестрой», которая будет переживать за тебя. Как тогда, когда ты еле-еле доучился в выпускном классе, и не было никакой гарантии, что ты станешь студентом. Помнишь, как мы с мамой переживали, какие страшные перспективы рисовало наше воображение? Наверняка помнишь, ведь мы при каждом удобном случае старались поделиться с тобой своим взглядом на твое будущее.

Не трудно догадаться, как сильно я была рада твоему поступлению! И как я была горда твоим успехом в студенческом хоре! Я всегда радуюсь твоим успехам. Помнишь наш торжественный семейный ужин по поводу твоего пятерочного реферата по биологии? Ты написал тогда что-то про червяков, и учительница отметила твое творчество.

Конечно, наряду со всем этим, я помню наши обиды и драки. И то, как неумело ты «заметал следы» после очередной проказы - все эти «потерянные» дневники с двойками, «не пришедшие» счета за интернет, «мамы нет дома», когда звонит классный руководитель. Воспоминание о фразе, написанной тобой, обиженным на меня, в коридоре на обоях, до сих пор вызывает у меня улыбку.

А помнишь, как мы приходили навещать тебя в больницу? Эти длинные пустые больничные переходы и маленьких инопланетных Ша и Ма - желтого и фиолетового?

С тобой у меня связано очень много воспоминаний. И сейчас, по прошествии нашего более чем четвертьвекового знакомства, я хочу сказать тебе Спасибо. За то, что ты есть у меня.

И еще за недавно родившегося моего племянника! Продолжателя нашего рода!

Но больше всего я благодарна тебе за то, что ты, не смотря ни на что, такой солнечный и легкий. Да, наверное, и быть не могло иначе. Ты ведь даже родился 8 марта - в самый весенний и солнечный праздник. Так легко, только своим появлением, сделав нам с мамой самый лучший подарок!

Так что с праздником, братишка! Нас и тебя!