Булат Окуджава
9 мая 1924 года родился поэт, писатель и исполнитель Булат Окуджава.
В сентябре 1994-го года Булат Шалвович Окуджава неожиданно написал к пятидесятилетию Спивакова стихи-посвящение. В день рождения мужа, 12 сентября мы были в Париже. Володя не хотел отмечать юбилей в Москве, так как вообще не любит пышных сборищ. Я же тогда ждала нашу третью дочь – Анну, до появления которой оставалось меньше месяца. Накануне кто-то привез из Москвы несколько писем и поздравлений. Среди бумаг находился манускрипт со стихами Окуджавы, замечательными и немного грустными. Из всех поздравлений это потрясло нас больше всего. А спустя буквально месяц Володя позвонил мне после концерта из Зальцбурга и переслал по факсу свой ответ в стихах. Они начинались так же, как у Окуджавы, и каждая строчка как бы перекликалась с его стихами. Мы нашли способ переслать их Булату Окуджаве. Знаю, что стихи Спивакова ему понравились.
К сожалению, Булат Окуджава в нашей жизни — это, как писала Ахматова, «невстреча». Или полувстреча. Они с Володей практически были незнакомы, то есть формально знакомы, конечно, были, но возможности общаться, делиться чем-то было совсем немного. Осталась эта перекличка в стихах. Оглядываясь назад, понимаешь, что самое драгоценное в жизни – это время, проведенное вместе с выдающимся человеком. Муж всегда возит эти стихи Окуджавы в футляре скрипки.
Безумно жалею, что мне не довелось знать Булата Шалвовича ближе. Ведь вся моя юность связана с его поэзией. С пятнадцати лет у меня была его пластинка 33 оборота, на конверте — портрет с сигаретой, такой коричневый дагерротип. Как только закрою глаза и вижу эту пластинку, вспоминается очень дорогой отрезок жизни. Все его песни — «О московском муравье», «Прощание с новогодней елкой», «Опустите, пожалуйста, синие шторы»… — великая поэзия. Он пел ее под музыку, и второго такого трубадура эпохи не было — философа, поэта, музыканта. Наверное, я не одинока в этой любви. И я безмерно горжусь стихами Окуджавы, посвященными Спивакову. Ему мало посвящено произведений, но то,что посвящено — дорогого стоит. И стихотворение Булата в этом ряду. Для меня эти стихи очень важны.
Отъезд
Владимиру Спивакову
С Моцартом мы уезжаем из Зальцбурга.
Бричка вместительна. Лошади в масть.
Жизнь моя, как перезревшее яблоко,
Тянется к теплой землице припасть.
Ну а попутчик мой этот молоденький
Радостных слез не стирает с лица:
Он и не знает, что век-то коротенький,
Он все про музыку, чтоб до конца.
Времени не остается на проводы…
Что ж, они больше уже не нужны
Слезы, что были недаром ведь пролиты,
Крылья, которые Богом даны?
Ну а попутчик мой только и верует
Жару души и фортуне своей,
Нотку одну лишь нащупает верную
И заливается как соловей.
Руки мои на коленях покоятся,
Горестный вздох угасает в груди…
Там, позади — «До свиданья, околица!»…
И ничего, ничего впереди.
Ну а попутчик божественной выпечки,
Не покладая усилий своих,
То он на флейточке, то он на скрипочке,
То на валторне поет за двоих.
1994 г. Булат Окуджава
Путешествие дилетанта
Булату Окуджаве
С Моцартом мы уезжаем из Зальцбурга,
Бричка вместительна, лошади в масть.
Сердце мое — недозрелое яблоко
К Вашему сердцу стремится припасть.
Молодость наша — безумная молния,
Вдруг обнажившая Землю на миг.
Мы приближаемся к царству безмолвия,
Влево и вправо, а там — напрямик.
Вместе мы в бричке, умело запряженной,
Вместе грустим мы под звон бубенца,
Смотрим на мир, так нелепо наряженный,
Праздник, который с тобой до конца.
Медленней пусть еще долгие годы
Бричка нас катит дорогой крутой,
Пусть Вас минуют печаль и невзгоды,
Друг мой далекий и близкий такой!
Музыка в Вашей поэзии бьется,
Слово стремится взлететь в облака,
Пусть оно плачет, но лучше — смеется.
И над строкою не дрогнет рука…
В. Спиваков. По пути из Зальцбурга в Вену. 7 октября
1995 г.
(С) Сати Спивакова
У меня Окуджава - "Бери шинель, пошли домой. "
https://www.youtube.com/watch?v=DlOoezO24aA
Еще раз - всех с днем Великой Победы!
В сентябре 1994-го года Булат Шалвович Окуджава неожиданно написал к пятидесятилетию Спивакова стихи-посвящение. В день рождения мужа, 12 сентября мы были в Париже. Володя не хотел отмечать юбилей в Москве, так как вообще не любит пышных сборищ. Я же тогда ждала нашу третью дочь – Анну, до появления которой оставалось меньше месяца. Накануне кто-то привез из Москвы несколько писем и поздравлений. Среди бумаг находился манускрипт со стихами Окуджавы, замечательными и немного грустными. Из всех поздравлений это потрясло нас больше всего. А спустя буквально месяц Володя позвонил мне после концерта из Зальцбурга и переслал по факсу свой ответ в стихах. Они начинались так же, как у Окуджавы, и каждая строчка как бы перекликалась с его стихами. Мы нашли способ переслать их Булату Окуджаве. Знаю, что стихи Спивакова ему понравились.
К сожалению, Булат Окуджава в нашей жизни — это, как писала Ахматова, «невстреча». Или полувстреча. Они с Володей практически были незнакомы, то есть формально знакомы, конечно, были, но возможности общаться, делиться чем-то было совсем немного. Осталась эта перекличка в стихах. Оглядываясь назад, понимаешь, что самое драгоценное в жизни – это время, проведенное вместе с выдающимся человеком. Муж всегда возит эти стихи Окуджавы в футляре скрипки.
Безумно жалею, что мне не довелось знать Булата Шалвовича ближе. Ведь вся моя юность связана с его поэзией. С пятнадцати лет у меня была его пластинка 33 оборота, на конверте — портрет с сигаретой, такой коричневый дагерротип. Как только закрою глаза и вижу эту пластинку, вспоминается очень дорогой отрезок жизни. Все его песни — «О московском муравье», «Прощание с новогодней елкой», «Опустите, пожалуйста, синие шторы»… — великая поэзия. Он пел ее под музыку, и второго такого трубадура эпохи не было — философа, поэта, музыканта. Наверное, я не одинока в этой любви. И я безмерно горжусь стихами Окуджавы, посвященными Спивакову. Ему мало посвящено произведений, но то,что посвящено — дорогого стоит. И стихотворение Булата в этом ряду. Для меня эти стихи очень важны.
Отъезд
Владимиру Спивакову
С Моцартом мы уезжаем из Зальцбурга.
Бричка вместительна. Лошади в масть.
Жизнь моя, как перезревшее яблоко,
Тянется к теплой землице припасть.
Ну а попутчик мой этот молоденький
Радостных слез не стирает с лица:
Он и не знает, что век-то коротенький,
Он все про музыку, чтоб до конца.
Времени не остается на проводы…
Что ж, они больше уже не нужны
Слезы, что были недаром ведь пролиты,
Крылья, которые Богом даны?
Ну а попутчик мой только и верует
Жару души и фортуне своей,
Нотку одну лишь нащупает верную
И заливается как соловей.
Руки мои на коленях покоятся,
Горестный вздох угасает в груди…
Там, позади — «До свиданья, околица!»…
И ничего, ничего впереди.
Ну а попутчик божественной выпечки,
Не покладая усилий своих,
То он на флейточке, то он на скрипочке,
То на валторне поет за двоих.
1994 г. Булат Окуджава
Путешествие дилетанта
Булату Окуджаве
С Моцартом мы уезжаем из Зальцбурга,
Бричка вместительна, лошади в масть.
Сердце мое — недозрелое яблоко
К Вашему сердцу стремится припасть.
Молодость наша — безумная молния,
Вдруг обнажившая Землю на миг.
Мы приближаемся к царству безмолвия,
Влево и вправо, а там — напрямик.
Вместе мы в бричке, умело запряженной,
Вместе грустим мы под звон бубенца,
Смотрим на мир, так нелепо наряженный,
Праздник, который с тобой до конца.
Медленней пусть еще долгие годы
Бричка нас катит дорогой крутой,
Пусть Вас минуют печаль и невзгоды,
Друг мой далекий и близкий такой!
Музыка в Вашей поэзии бьется,
Слово стремится взлететь в облака,
Пусть оно плачет, но лучше — смеется.
И над строкою не дрогнет рука…
В. Спиваков. По пути из Зальцбурга в Вену. 7 октября
1995 г.
(С) Сати Спивакова
У меня Окуджава - "Бери шинель, пошли домой. "
https://www.youtube.com/watch?v=DlOoezO24aA
Еще раз - всех с днем Великой Победы!
"*** "Великой" быть не может!" | Булат Окуджава - участник, ветеран Великой Отечественной ***
https://www.youtube.com/watch?v=4BTDe6tTMYw
У меня много любимых песен Окуджавы, почему то сразу вспоминаются "Капли датского короля", "Песня о дураках" и "Дежурный по апрелю"
Может быть потому что из-за песни : "Как здорово, что все мы здесь сегодня собралис"
Вымысел не есть обман
Замысел -- еще не точка
Дайте дописать роман
До последнего листочка
ну и про пане, панове
Без листвы и тепла как природа жалка!
Поредела толпа у пивного ларька.
Продавщица глядит сиротливо.
И не допито чёрное пиво.
Ах, пане, панове, ах, пане, панове,
ах, пане, панове, тепла нет ни на грош.
Что было, то сплыло. Что было, то сплыло.
Что было, то сплыло. Того уж не вернёшь.
и много, много других, запавших
пошла слушать...
И любимая песня моего папы ‘Неистов и упрям, гори огонь, гори’. Папа и познакомил меня с творчеством Окуджавы, я эти песни слышала с рождения.
унижений и новых утрат.
Я, рождённый в империи страха,
даже празднествам светлым не рад.
Всё кончается на полуслове
раз, наверное, сорок на дню...
Я, рождённый в империи крови,
и своей-то уже не ценю.
*****
Ребята, нас вновь обманули,
опять не туда завели.
Мы только всей грудью вздохнули,
да выдохнуть вновь не смогли.
Мы только всей грудью вздохнули
и по сердцу выбрали путь,
и спины едва разогнули,
да надо их снова согнуть.
Ребята, нас предали снова,
и дело как будто к зиме,
и правды короткое слово
летает, как голубь во тьме.

даже не знаю как к этому относиться
Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда (с)
Хрипят призывом к схватке глотки,
могилам братским нет числа,
и вздёрнутые подбородки,
и меч в руке, и жажда зла.
Победных лозунгов круженье,
самодовольством застлан свет...
А может, надобно крушенье,
чтоб не стошнило от побед?
Нам нужен шок, простой и верный,
удар по темечку лихой.
Иначе — запах ада скверный
плывёт над нашей головой.
1991
Господи, дай же Ты каждому, чего у него нет... и.т.д .
Пою ее сама, люблю, когда муж поет ее под гитару вечером на посиделках на даче.
И остались в памяти только те прелестные стихи, написанные под гнетом цензуры...

