Певица Нэнси Виейра: «Я люблю любовь, я пою о любви»

Нэнси Виейра - кабовердианская певица, которую музыкальные критики в Европе и Новом Свете называют музыкальной наследницей Сезарии Эворы. Как и ее великая предшественница, Нэнси начала свою международную карьеру в возрасте, который определенная и не сказать чтобы малочисленная часть общества, считает далеко не молодым. Накануне российских гастролей Нэнси дала интервью для Евы.Ру, где затронула темы о мировом эйджизме, европейском мачизме и прочих раздражающих явлениях, с которыми ежедневно сталкиваются женщины всего мира. А еще, разумеется, о музыке.

Певица Нэнси Виейра: «Я люблю любовь, я пою о любви»

- Нэнси, давай сразу возьмем быка за рога: начинать карьеру после тридцати - это национальная традиция кабовердианских певиц?

- Нет у нас такой традиции. Зато есть традиция начинать петь раньше, чем начинать ходить: в Кабо Верде музыка сопровождает тебя с рождения и до смерти. Мы бедная страна с колониальным прошлым, и следует еще учитывать, что до XVI века архипелаг Зеленого Мыса был необитаемым. Наша нация складывалась из португальцев, африканцев, жителей Нового Света, и долгое время музыка была нашим единственным способом осознать свою национальную идентичность. Кабо Верде - это страна-парадокс: в силу географического расположения мы были открыты всему миру и впитывали все, что привозили корабли, идущие из Америки в Европу. Но при этом мы были в каком-то смысле заперты: кто в мире вообще знает, в какой точке Атлантического океана находится Кабо Верде? Мы жили своей жизнью, на своих пустынных островах, и миру до нас не было никакого дела.

- Пока не появилась Сезария.

- Которую огромное количество людей даже из числа ее поклонников искренне считают кубинкой. Так вот, Кабо Верде - это музыка. Мы поем, когда отдыхаем и когда работаем. Мы отмечаем пением рождение, совершеннолетие, свадьбу - все главные события человеческой жизни. Так что петь мы начинаем очень рано. Но карьера другое дело. Я записала свой первый альбом в двадцать лет. А потом, как огромное количество женщин во всем мире, я встала перед выбором: карьера или семья. Это только на словах женщина может легко управляться с ребенком, работой и социальными обязательствами, быть при этом красивой, самодостаточной и уверенной в себе. Когда я смотрю на таких инста-мам, у которых все идеально, мне хочется спросить: бедняга, как ты латаешь дыры, которые неизбежно возникают в твоей идеальной жизни?

- Ты решила оставить карьеру из-за давления семьи?

Семья на меня не давила, но было давление посерьезнее. Понимаешь, с семьей можно договориться. Но как договориться с давлением общества, которое проповедует перфекционизм во всем? Мы живем в мире, где для женщины нет разумной середины: ты или идеальна - или ты неудачница. Мужчинам живется гораздо проще, от них, по крайней мере, не требуют быть идеальным родителем. А женщина живет в ловушке перфекционизма: да, мы получили какие-то права, которых раньше у нас не было, но пользоваться ими свободно можем лишь при условии, что не пострадают наши обязанности. Об этом не говорится прямо, но это живет в наших головах. Успешный мужчина - это карьера и прочее завоевание мира. Успешная женщина все то же самое плюс материнство, «хранение очага», внешность и личная жизнь. Неженатый мужчина, посвятивший себя карьере - молодец и герой. Женщина, выбравшая работу - несчастная баба, которая сублимирует личную невостребованность. А теперь представь, как все это уложить в своей голове, когда тебе двадцать лет. Конечно, я выбрала семью.

- Это был выбор из серии «Вернусь к этому когда ребенок немного подрастет»?

- Нет, я сделала музыку своим хобби и никаких профессиональных планов не строила. Время от времени пела для друзей и с друзьями, несколько раз приняла участие в записи их альбомов. Это было приятно, это была моя отдушина. Но о настоящей большой карьере я и не думала. Это страшное слово «поздно», которое сопровождает женщину всю жизнь. Я не уверена, что мужчины вообще знают это слово, а женское «поздно» - оно входит в нашу жизнь очень рано. В конце 90-х было так: в двадцать пять поздно выходить замуж, в тридцать поздно рожать детей, в сорок поздно вообще все, кроме как отмаливать грехи молодости. Сейчас эта временная граница сдвинулась, но в сущности никуда не делась. Даже в наше вроде бы феминистское время очень немногие женщины решаются в пятьдесят лет получить новую профессию. Много ли ты знаешь «молодых специалистов», которым по сорок лет?

Певица Нэнси Виейра: «Я люблю любовь, я пою о любви»

- Знаю нескольких. Но точно не в шоу-бизнесе.

- Шоу-бизнес это вообще отдельная вселенная с культом юности и привлекательности. Сорокалетний дебютант - это почти невозможно. Если ты не добился известности до тридцати, то можешь идти торговать подержанными машинами, закон шоу-бизнеса. Ни один лейбл, ни один менеджер не станет тратить деньги и время на артиста, который перешагнул порог тридцатилетия. То что для нас эйджизм, для шоу-бизнеса обычный прагматизм: вкладывать надо в того, кто лучше продается. А продаются молодость и секс.

- Но пример Сезарии Эворы доказывает, что иногда певице возраст только на пользу. Была бы она так же любима в двадцать?

- Во-первых, Сезария - это феномен. Музыканты ее уровня рождаются раз в сто лет, и это всегда чудо. Во-вторых, мы говорим о ней так, словно ее талант появился только после того, как она перешагнула порог сорокалетия. Но это не так! Голос Сезарии всегда был с ней, она начала профессионально петь в шестнадцать - и уже тогда она была прекрасна. Человечество потеряло десятилетия ее пения. Диски, которые она не записала, концерты, которые она не дала, песни, которые не спела - это наша потеря, но и ее тоже. Потому что когда ты талантлива, и тебе есть что сказать людям, но тебя не слушают, это ужасно. В любом возрасте, не только в двадцать или в сорок. Многие говорят, что молодая Сезария была бы не так интересна, и что именно возрасту она обязана своей славой. Глупости. Она просто получила то, чего всегда заслуживала, и на мой взгляд гораздо позже, чем следовало.

- Итак, ты все-таки решилась и вернулась в профессиональную музыку.

- Мне было около тридцати, у меня было множество друзей-музыкантов, и все они уговаривали меня записать альбом. В конце концов, что ты теряешь, говорили они. Это же не мировой тур, от которого зависит твое будущее, это просто студийный альбом. Ну может еще несколько выступлений для телевидения, если повезет. И я подумала: почему нет. Я, пожалуй, не так юна и хороша собой как десять лет назад, но я люблю петь, у меня получается, почему бы не доставить себе немного удовольствия. Как минимум одному человеку этот альбом точно понравится - моей дочери.

- Ты правда так думала или просто старалась себя успокоить?

- Конечно, я себя успокаивала. Человек так устроен, что провалы гораздо легче переживаются в юности: вся жизнь впереди, куча времени, чтобы все исправить. А взрослая женщина понимает, что количество попыток у нее ограничено, особенно когда ограничен ресурс. И это только один тормоз, а ведь их десятки. Например, страх. Начиная что-то новое, ты в каком-то смысле обнуляешь свою прежнюю жизнь, прежнюю себя, превращаешься в чистый лист. Что на нем будет написано, зависит от тебя, а у тебя руки от страха трясутся. А еще надо понимать, что все вокруг может очень сильно измениться, и я сейчас имею в виду не громкий успех, когда ты вдруг начнешь купаться с деньгах. Отношения с близкими изменятся в любом случае. Ты, которая всегда была поддерживающей силой, вдруг начинаешь сама активно нуждаться в поддержке. Это непривычно, странно, это слом семейных устоев. И тогда это конфликты, потому что как это так, мама всегда была на сто процентов моя, а теперь у меня отбирают часть моей территории. И чувство, что ты вроде как предаешь любимых ради цели, которая, может, и недостижима.

- Да, женщины нашего поколения выросли в уверенности, что время, потраченное на себя - это время, отнятое у семьи.

- Точно. Мы воспитаны в чувстве постоянной вины, мы ходим по кругу, разорвать который получается далеко не у всех. Я очень рада, что мы говорим об этом, потому что страшно каждый день видеть женщин, умных, талантливых, сильных, которые отказываются от себя, а однажды вдруг понимают: я прожила не свою жизнь. Возвращаясь к нашему разговору: конечно, мне было страшно, и, конечно, я себя успокаивала. И совсем не факт, что я бы отважилась снова заняться карьерой, если бы это было на уровне мирового лейбла с контрактом на несколько лет. В моем случае речь действительно шла только об одном альбоме.

Певица Нэнси Виейра: «Я люблю любовь, я пою о любви» - А как же так вышло, что теперь ты гастролируешь по всему миру, и твой график расписан на два года вперед?

- Повторюсь: мне очень повезло. Альбом оказался удачным, но морна и кабовердианская музыка вообще - это все же очень локальный жанр, важный для португалоязычного мира и мало известный за его пределами. У меня было время еще раз все обдумать и разобраться со своей жизнью и своими целями. Два года я взвешивала все «за» и «против». У меня дочь-подросток, я нужна ей. Это против. Но я хорошая певица, и публика меня любит. Это «за». Наверно, я бы до сих пор вела эти бесконечные внутренние диалоги с самой собой. Но обстоятельства сложились таким образом, что я поняла: мне нужна профессия, мне нужно занятие, и если я снова упущу свой шанс, то это буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Сейчас или никогда. И я стала соглашаться на гастроли, принимать участие в телепрограммах, давать интервью и искать репертуар.

- Как отнеслась к этому дочь?

- Она меня поддержала. Поколение наших детей в этом смысле гораздо свободнее и прагматичнее. Попробуй-ка сейчас сказать юной девушке «Тебе пора подумать о замужестве». Она просто поднимет тебя на смех. И не потому что «молодая-глупая», а потому что у нее есть хотя бы зачатки внутренней свободы, которой не было у нас.

- Это касается только Европы или Кабо Верде тоже?

- Ментально Кабо Верде не так уж отличается от Португалии, и сейчас мы уже не так оторваны от мира, как раньше. В сущности, у Португалии с нами больше общего, чем, например, с Бельгией, не говоря о скандинавских странах. Южные страны более патриархальны и менее склонны меняться. Мужчины там по-прежнему решающая сила, и я даже не знаю, сколько нужно времени, чтобы это изменилось.

- А как же образ африканской супер-мамы, которая одной рукой управляет миром, а другой варит обед?

- Какая-то особая суперсила африканских женщин - это миф. Он мне льстит, он приятен, но я вынуждена настаивать: это миф. Африканки en masse гораздо более уязвимы чем европейки или американки - просто потому что с правами человека в их странах дела обстоят гораздо хуже в целом. Само по себе африканское происхождение не делает женщину более сильной, все зависит от того, где ты вырос и живешь. Понятно, что афроамериканки имеют больше прав и не стесняются ими пользоваться. Но эту возможность им дает среда. А если ты живешь в обществе непорицаемого мачизма, то все твои права останутся буквами на бумаге.

- Ты феминистка?

- Я не являюсь участницей какого-либо сообщества, не придерживаюсь какой-либо доктрины, так что вряд ли меня можно назвать феминисткой. Но если ты спросишь меня, требую ли я равной оплаты труда - да, требую и чаще всего получаю. Раздражает ли меня, что этого надо требовать? Еще как. Допущу ли я, чтобы мужчина, даже любимый, руководил моей жизнью? Нет. Хочу ли я стереть границы пола? Абсолютно нет. Я женщина, и мне нравятся чувства, которые способен вызвать во мне мужчина. Нравится иногда положить голову на мужское плечо и почувствовать себя защищенной. Очень древний инстинкт, но приятный.

- Уитни Хьюстон говорила, что не может по-настоящему хорошо петь, если не влюблена.

- Это очень печальное признание. Я люблю любовь, я пою о любви, но это совершенно точно не единственный мой источник вдохновения.

- Может это потому что мы с тобой уже взрослые тетки?

- Двадцать пять лет назад я была юной девочкой, которая видела свою жизнь как жизнь домохозяйки, жены и матери. А сейчас я та взрослая тетка, которая едет в тур по России - ты представляешь, где Россия, а где Кабо Верде! - и будет выступать с музыкантами, которые всю жизнь работали с Сезарией. И это не потому что я юная красивая девочка, а потому что взрослая тетка, которая, очевидно, сумела стать неплохой певицей. Знаешь, меня устраивает! И чертовски вдохновляет, если уж на то пошло. Не хуже любви.

Певица Нэнси Виейра: «Я люблю любовь, я пою о любви»

Читайте нас в Facebook и Instagram

Рассказать друзьям

rambler