Мужчина не может жить для любви

Есть такой анекдот. К директору цирка приходит артист и предлагает феноменальный трюк: человек забирается под купол и прыгает на небольшую бетонную площадку, вниз головой. Номер идет с успехом, публика в шоке и восторге. Через какое-то время трюкач заходит к директору и просит аспирин: «Голова-то побаливает». Мне кажется, это такой подпольный анекдот об адептах бесперспективных отношений.

Мужчина не может жить для любви

Любите ли вы бесперспективные отношения так, как люблю их я, то есть всеми силами души своей? Даже если без исступления и энтузиазма, то уж опосредованно знаком с ними каждый. Трудно встретить человека, который бы не увязал в этой обольстительной трясине, не был бы загипнотизирован сверканием праздничных салютов, и не разбивал бы всмятку лица в предсказанном доброжелателями итоге. Но сначала договоримся о терминах, так как вольные трактовки в данном случае помешают, а перспективу всегда можно трактовать двояко. Отношения бесперспективны вовсе не потому, что они ничего не дают, не приносят дивидендов, не радуют и не наполняют смыслом каждый день. Мы, бесчисленные приверженцы, сторонники и сторонницы, назовем мильоны смыслов бесперспективных отношений, перечислим поалфавитно все аспекты и типоразмеры радостей и волшебных чудес, но пока не об этом.

Итак, пусть бесперспективные отношения – это отношения не для одной простыни, не для общего дома, не для глупых семейных забав типа ежегодного президента в телевизоре и еженедельной закупки в оптовом магазине куриц, рыбы, крупы и стирального порошка. Бесперспективные отношения - всегда сумасшествие, они часто соответствуют еще одному признаку: кто-то убегает, а кто-то догоняет, придерживая руками выпрыгивающее сердце – запыхался, куда так быстро, давай остановимся ненадолго, но остановки не будет. Не стоит причислять к этому наивысшему разряду умопомешательства адреналиновые пляски вокруг опасного (с точки зрения разоблачения) секса, секс – только одна из составляющих, всего одна.

Взрослый мужчина, крупный государственный чиновник, каждое утро в течение целой зимы начинает за нечистым столом студенческого кафе. Кафе, разумеется, называется «Гаудеамус», и государственный чиновник неловко горбится на колченогом табурете, в бумажном стакане растворяется кофе, на бумажной тарелке сохнет сыр. Напротив чиновника скучает дипломница, не такая уж и красавица, не такая уж и умница, но совершенно невозможно: а) встать и уйти, б) завтра не ловить ее здесь, среди пластиковых столов, запаха горелого молока и вермишелевого супа. Чиновник раскрывает бумажник, из целлулоидного окошка на него укоризненно смотрит семья. Дипломница вопросительно изламывает бровь. Они поднимаются в ее комнату, ненадолго, двадцать минут, и вообще - ей пора к руководителю проекта, через три недели предзащита. Чиновник дает себе слово, что это был последний раз, он счастлив.

Два эндокринолога, кандидат медицинский наук и доктор без степени, смотрят друг на друга из разных концов актового зала. Проходит семинар или симпозиум на хорошую, нужную тему «Аутоиммунный тиреоидит и лимфоаденопатии», выступает докладчик, презентация сопровождается демонстрацией слайдов, и на белом экране Зоб Хасимото сменяет зоб Риделя, а кандидат медицинских наук отправляет сообщение доктору без степени, используя тайный мобильный телефон. В перерыве у зеркала на первом этаже. Доктор без степени кивает тщательно уложенной головой, каштановые локоны взлетают над белоснежным халатом. Она еще не знает, что встреча у зеркала будет последней. Она еще не знает, что пришло время, когда говорят «все кончено», она еще не готова.

«Сейчас, по прошествии некоторого времени, я уверен, что всегда отдавал себе отчет в бесперспективности этого романа. Мы познакомились случайно, посторонние взрослые люди, за спиной каждого стояли семьи, заботы, невыплаченные долги, непогашенные обязательства… Иной долг вообще не предполагает погашения, иные обязательства только прирастают с каждым днем, всем известно: родители, дети, работа. И так далее».

«Я сразу поставила этого мужчину выше себя, для меня это очень типично, единственная действующая модель отношений в паре, чтобы смотреть снизу вверх; понимаю, что это не идеально с точки зрения феминизма или даже здравого смысла, но так сложилось. Сейчас, по прошествии некоторого времени, я уверена, что всегда знала, как плохо придется потом, когда все кончится. Но не предпринимала никаких страховочных мероприятий, не использовала бандажей, ничего; сама прекращала всякие беседы на тему: а если бы вот мы встретились десять лет назад, а если бы пятнадцать, а если бы вот сейчас случилось так, так и так. Мне не нравилась атмосфера, немедленно возникавшая после таких разговоров - это был вакуум, маскирующийся под обычный воздух. Так и продолжалось, у меня все получалось, дела шли прекрасно, энергия переполняла. Каждое движение приносило радость, глоток чая - невыразимое удовольствие, словно ты пьешь не чай, а… я не знаю, коньяк двадцатилетней выдержки; каждая секунда отщелкивала блаженством, а положишь ногу на ногу – сразу оргазм».

Чем, собственно, не перспектива, острое наслаждение моментом, непрерывный взлет, набор высоты и эшелон десять тысяч пятьсот. Когда речь заходит о высоте, то следующим пунктом будет падение с нее – закон жанра, ничего личного. Подобрались, в общем, к основному и решающему минусу отношений без перспектив – так плохо, так больно, так обидно – падать с высот, эшелон десять тысяч пятьсот. И столько дел - да вот хоть включить чайник, набрав водой, но сначала преодолеть три шага до выхода из спальни. И ползешь, сея хаос, тоску и чуть не смерть на своем горьком пути до чайника.

«Конечно, я не собирался покончить с собой, что за глупость. Мужчина не может жить для любви, мужчина должен жить для дела, или другого человека. Но посмотрели бы вы на меня в те дни! Полчаса уговаривал себя повернуть ключ зажигания, тронуться с места, казалось – нет в этом смысла, раз не увижу её».

«Переживала, конечно, страшно. Да что говорить!.. Черная дыра в голове, дрожат пальцы, текут сопли, брызжут слезы, болит желудок и утро можно начать, лишь проглотив какую-нибудь таблетку, обещающую скорейшее выздоровление, но всегда обманывающую».

Да. Не очень-то получилось жизнеутверждающе. Просто, я бы сказала, какой-то Product placement антидепрессантов. Просто хоть называй этот текст «Прозак!» и пытайся продать фармацевтической компании.

«Но знаете, что самое забавное? Если бы меня сейчас вернули на эти годы назад, неужели уже четыре прошло, и спросили: ну что? Я бы снова сказала: да, и повторила бы для убедительности: да! Вот уж действительно, перспективка».

Есть такие необязательные вещи, как коньяк двадцатилетней выдержки, студенческая забегаловка с вечным названием «Гаудеамус», отношения, у которых нет будущего. Без всего этого вполне можно обойтись, разумно выстроить жизнь, быть уверенным в завтрашнем дне, это хорошо и правильно. Но иногда посреди собственного благополучия неплохо взять и прыгнуть головой вниз на бетонную площадку.

Наталья Апрелева

Ссылки по теме:

Авторская колонка Апрелевой
Форум "Психология любви"

Читайте нас в Facebook и Instagram

Рассказать друзьям