Японский журавлик

Вторая справа – это я. Которая в кроссовках. Наверное, мне тут одиннадцать лет. Снимок сделан в пионерском лагере, непосредственно перед конкурсом защиты политической песни и политического плаката. Плакат не помню, да и не было его, а песню мы защищали – Японский журавлик: «Японский журавлик, японский журавлик, ты – вечно живой сувенир». Кто-то помнит?

Наталья Апрелева

Японский журавлик

По этому поводу сымитировали кимоно, смастерили из занавесок. Лично начальник лагеря разрешил снять занавески то ли из пионерской комнаты, то ли из уголка юного друга книги. Занавески были желтыми, а пояс для кимоно - густо-розовым, он был сооружен из парадных наволочек для старшего педагогического состава. На спине пояс скреплялся чудовищных размеров английской булавкой. Если все девочки, замаскированные под японок, держались неестественно прямо, то дело было не в отличной воспитательной работе, а в опасении проколоть оболочки спинного мозга.

Пионерский лагерь принадлежал маминому институту, я ездила туда несколько лет подряд, каждый раз попадая в одну и ту же компанию ребят, повзрослевших на год, всегда увлекательно рассматривать процессы в динамике. Девочка с забавным хвостиком, слева от меня, была очень популярной и развитой. Она ходила на свидания с мальчиками, по возвращении рассказывала всякое, неожиданное. Сейчас она мать двоих детей и зарабатывает на жизнь разведением собак. Заводчица какой-то микроскопической породы, вся в трудах, прекрасно выглядит и отличный собеседник.

Справа от меня – троюродная сестра. Наши мамы дружили, и им было удобно отправлять нас в единое место, чтобы общий присмотр и все такое. Сестра росла хорошей девочкой. У нее имелись устойчивые представления о важных вещах и прочие моральные принципы. Сестра учила, что «нормальный пацан носит красные носочки и спортивный костюм финн-флаер». У сестры всегда имелся «нормальный пацан». Один из них говорил: «Нам сейчас важно опериться». Сестра сосредоточенно кивала. Она тоже хотела опериться.

Девочка в центре композиции звалась Любой, и представлялась так: «Я – Любоооффь!». Считалась красавицей, говорила загадочно: «У нас в классе на уроках просто жуть! Мальчишки на девчонок зыркают! Особенно на меня, сразу двое! – тут же неизменно окорачивала себя, - да что двое! четверо!».

Третья девочка слева живет в Америке, и уже давно, а ее соседка справа в стародревние времена славилась красавцем-братом по имени Паша. Старше на пару лет, он принадлежал к элите первого отряда, в этом отряде собирались самые взрослые мальчики, самые модные девочки. Сестра навещала брата на его территории. Однажды вернулась и плакала. Все собрались вокруг, утешали, снедаемые любопытством. «Ой, люди добрые, - воскликнула девочка, - простите меня, Христа ради! Есть ли на свете справедливость, у вас спрашиваю я! Пришла в первый отряд, а там девчонки сидят, на веранде! Сидят и говорят: а у Пашки-то ресницы, какие длинные! А брови-то, какие ровные! Ой, люди добрые!». Продолжила плач в полной тишине.

Находясь в кругу таких замечательных девочек, я тайно страдала от собственной неполноценности. У меня не было ни влюбленных поклонников, ни моральных принципов, ни старших братьев. Чтобы обратить на себя внимание, приходилось нещадно интриговать. Наиболее удачными представляются интриги с песней А. Пугачевой и грязным одеялом. Но о них я уже вам рассказывала.

Наталья Апрелева

Ссылки по теме:

Авторская колонка Апрелевой
Форум "Психология любви"

Читайте нас в Facebook и Instagram

Рассказать друзьям