Прости меня, моя девочка.
Ты мое маленькое, любимое создание. Прости, что убила тебя...
Она стояла на задних лапах и плакала, когда непонятный дядька с сочувствующим лицом взял шприц со смертью и приблизился.
Один укольчик - и она засыпает. Маленькая, беззащитная. За нее все решили. А как могло быть иначе? Она мучилась, плакала, кричала, ей было больно и плохо, она молила о пощаде своими бусинками глазками. она просила избавить ее от этой адской боли, хотя меня это и не оправдывает.
Прости меня, Джеся, я убиваю тебя. Думаешь, мне легко? Спи, спи, моя девочка, я поплачу за тебя. Я люблю тебя!Прости! Прости, родная моя!
Слезы как вода, а Джеся уже спит вечным сном. Я глажу ее и твержу "прости меня", целую ее мордочку и повторяю "прости меня", а Джесуля не слышит.
Я все плачу и думаю, что на выходе из клиники ждет сестра. Ждет и тоже плачет. Ей еще тяжелее: у меня грудные дети, которые требуют много времени, а у нее никого нет. Сестра заливается слезами, кажется, я слышу ее рыдания. Как она будет без тебя, Джесуля? Как мы будем без тебя? Прости, солнышко мое, радость моя.. Прости меня...
Коробку хотят закрыть. Я удивляюсь: "Уже все?". - "Да, все, прощайтесь. Я закрою крышку" - говорит врач. И закрывает коробку с моим детством, радостью, обидами и счастьем. И я не сдержалась, оттолкнув руки врача, в последний раз взяла ее на руки, погладила серебристую шерстку, прошептала "Прости, я люблю тебя".
Коробку закрывают. Оказывается, кофта и брюки мокрые от слез. Интересно, а слезы горечи когда-нибудь кончаются? Я беру коробку с моей девочкой и прощаюсь с врачами.
Выхожу на улицу, а там - сестра. Она тоже молчит, как и я. Хватает коробку и уже не выпускает ее из рук до самого дома. Только у подъезда водителю удается разжать ее пальцы, и мы вцепившись друг в друга поднимаемся на свой этаж. Там нас встречает мама. В темных очках, но и они не могут скрыть горе на мамином лице. Она очень постарела за какие-то 2 недели. Ей тяжелее всех нас.
По привычке мы ждем цокот Джесичкиных когтей по линолиуму. Но его нет и никогда уже не будет, а нам придется с этим жить. Прости, Джесуленька моя родная, прости, собачка. Мы очень любим тебя. Прости нас...
Она стояла на задних лапах и плакала, когда непонятный дядька с сочувствующим лицом взял шприц со смертью и приблизился.
Один укольчик - и она засыпает. Маленькая, беззащитная. За нее все решили. А как могло быть иначе? Она мучилась, плакала, кричала, ей было больно и плохо, она молила о пощаде своими бусинками глазками. она просила избавить ее от этой адской боли, хотя меня это и не оправдывает.
Прости меня, Джеся, я убиваю тебя. Думаешь, мне легко? Спи, спи, моя девочка, я поплачу за тебя. Я люблю тебя!Прости! Прости, родная моя!
Слезы как вода, а Джеся уже спит вечным сном. Я глажу ее и твержу "прости меня", целую ее мордочку и повторяю "прости меня", а Джесуля не слышит.
Я все плачу и думаю, что на выходе из клиники ждет сестра. Ждет и тоже плачет. Ей еще тяжелее: у меня грудные дети, которые требуют много времени, а у нее никого нет. Сестра заливается слезами, кажется, я слышу ее рыдания. Как она будет без тебя, Джесуля? Как мы будем без тебя? Прости, солнышко мое, радость моя.. Прости меня...
Коробку хотят закрыть. Я удивляюсь: "Уже все?". - "Да, все, прощайтесь. Я закрою крышку" - говорит врач. И закрывает коробку с моим детством, радостью, обидами и счастьем. И я не сдержалась, оттолкнув руки врача, в последний раз взяла ее на руки, погладила серебристую шерстку, прошептала "Прости, я люблю тебя".
Коробку закрывают. Оказывается, кофта и брюки мокрые от слез. Интересно, а слезы горечи когда-нибудь кончаются? Я беру коробку с моей девочкой и прощаюсь с врачами.
Выхожу на улицу, а там - сестра. Она тоже молчит, как и я. Хватает коробку и уже не выпускает ее из рук до самого дома. Только у подъезда водителю удается разжать ее пальцы, и мы вцепившись друг в друга поднимаемся на свой этаж. Там нас встречает мама. В темных очках, но и они не могут скрыть горе на мамином лице. Она очень постарела за какие-то 2 недели. Ей тяжелее всех нас.
По привычке мы ждем цокот Джесичкиных когтей по линолиуму. Но его нет и никогда уже не будет, а нам придется с этим жить. Прости, Джесуленька моя родная, прости, собачка. Мы очень любим тебя. Прости нас...
И время не лечит...
муж меня успокоить не может.
по своему Брюсу плачу каждый!вечер!уже 7 мес.
сочувствую вам!это очень тяжело...
У меня прошло почти три года, а я до сих пор прислушиваюсь- не мой ли лает...
Мне больно очень. И очень не хватает ее. Ее красивых глазенок, ее цокота по полу, ее мокрого носика... Он такой маленький был, бабушка все время шутила, что когда Джесуля к ней подходит, ей хочется пришить носик, как декоративную пуговицу...
Я хочу, чтобы это прошло поскорее, уже сил никаких нет. Все перебираю в памяти, что я не сделала - да вроде все сделала. Пора отпустить ее, понимаю это, только как сделать? Я очень люблю ее и пока не научилась жить без нее.
Мы два года тому назад вынуждено усыпили свою девочку. Ей было 15 лет. Я выла месяц от безисходности и утраты. Прошло время, боль притупилась, но память о нашей собачке навсегда останется у меня в сердце. Она просто живет у меня в нутри. Приходит ко мне во сне. Недавно мне приснилось, что я попала в рай для животных, подошла к двери, постучалась, мне открыла дверь пожилая семеная пара. Спросили что я хочу. Я попросила позвать ео мне мою собачку. Она ко мне вышла, но очень разозлилачь что я пришла. Отчетливо помню как я ее погладила по голове и ушла.
Верю, что там, на верху что-то есть и наши питомцы будут нас там ждать.
Автор крепитесь я с Вами.
Скуля прощально, виновато.
Наш пёс убить себя просил
Глазами раненого брата.
Молил он, сжавшийся в комок,
О смерти словно о защите:
" Я помогал вам жить как мог.
Вы умереть мне помогите"
Подстилку в корчах распоров,
Он навсегда прощался с нами.
Под стон подопытных коров,
В ветеринарном, грязном храме.
Во фразах не ветееват,
Сосредоточен и рассеян,
Наполнил шприц ветеринар
Его убийственным спасеньем.
Уткнулась Галя мне в плечо.
Невыносимо милосердье,
Когда единственное что
Мы можем сделать - помощь смертью.
В переселенье наших душ
Не обмануть природу ложью.
Кто трусом был, тот будет уж.
Кто подлецом, тот будет вошью.
Но на руках тебя держа
Я по тебе не даром плачу,
Ведь только добрая душа
Переселяется в собачью.
И даже в небе тут и там
Ушами прядая во мраке,
Где вряд ли ангелы нас ждут.
Нас ждут умершие собаки.
Ты будешь ждать меня мой брат
По всем законам постоянства.
У райских врат, у входа в ад,
Как на похмелье после пьянства.
Когда душою отлечу
Я к небесам, счастливый в тайне.
Мне дайте в руки не свечу,
КОСТЬ ДЛЯ МОЕЙ СОБАКИ ДАЙТЕ
Я все жду, когда же меня отпустит хоть немного. На работе себя в руках держишь изо всех сил и улыбаешься, в семье тоже. Дети ведь не виноваты в том, что маме плохо, муж тоже. Да и не поймет этого никто из них.
А наедине с собой "отрываюсь". Подруга реально считает, что мне пора обращаться к врачу. И я себя виноватой чувствую по отношению к Джесуле,к детям, к мужу.
Люди, которые держат по многу собак, КАК вы переживаете потери? Помогите отпустить Джесулю, помогите научиться жить без нее.
Говорят время лечит... не знаю... сколько должно пройти чтоб на сердце отлегло.
Хотя если ты реально понимаешь то, что твоей крохе очень плохо, тяжко и больно.., а помочь ты и никто рядом уже не может, нет даже 0,00001% никакой надежды...,то конечно лучше отпустить за радугу. Больно, очень больно.. но лучше так.....
как мы будем без него? Выздоравливай, пож-та!!!!!!!!!!!!