Посмотрев фильм «Страсти Христовы», я не смог промолчать. Не думаю, что в этом случае можно отделаться формулировками «потрясающее действо» или «великолепное зрелище». Пусть это будет воспринято, как рекламный призыв сходить в кино или как грамотный PR ход. Не важно. Для меня принципиально обратить Ваше внимание. Для этого, собственно, и написаны все эти «мысли вслух».

Со страстями Христовыми все понятно. Ну, или почти все понятно. Такова Его Миссия. Дева Мария поражает своей сверхчеловечностью. На глазах матери ребенка превращают в кусок мяса, и сознание ее не оставляет. Это сверхчеловечно. Потому что Иисус и Дева Мария - Богочеловеки.

Но вот страсти обычных людей, участвующих в этом действе, остаются на периферии киноэкрана.

Мария Магдалина и Понтий Пилат. Они кто, актеры второго плана шоу "Казнь Сына Божьего"? Нет, их тоже казнят. Только не физически.

Их мучения, мучения обыкновенных людей, становятся просто фоном происходящего и потому меньше бросаются в глаза.

Мария Магдалина - женщина, которую Иисус спасает от гибели. Кем он становится для нее после этого? Иисус - мужчина видный, добрый и умный. Очень добрый и очень умный. А Магдалина - настоящая женщина. Поэтому и любит его всем сердцем. И отдается Ему полностью. Иначе она не умеет.

И вот, после всего, что между ними (смертной Женщиной и Богочеловеком) было, Магдалина подвергается жуткой моральной казни. Она становится свидетельницей мучений и гибели Христа. Человека, который стал для нее Всем.

И как ей хватает сил смотреть на все это? И как потом со всем этим жить? Когда еще так свежи воспоминания о Нем?

Когда мы говорим о любви Христовой, давайте не будем забывать и о любви Женской. О том, как Мария Магдалина любила Иисуса и эта любовь дала ей силы не сойти с ума.

Понтий Пилат. Генерал-губернатор, чья карьера провалена. Одиннадцать лет торчать в самой захудалой провинции Империи. Это не потому, что ему не везет или воинской удали недостаточно. Просто не умеет лизать жопы чиновникам канцелярии Цезаря. Тиберия он уважает и по-своему любит, не может кадровый служака не любить своего верховного главнокомандующего. Но вот окружение цезаря...

К Понтию приводят Иисуса. И просят его утвердить смертный приговор. А Пилат не хочет казнить Христа. Пилат никакой не душегуб и не кровопийца. Он просто старый солдат и хорошо знает цвет, запах и цену крови. Поэтому Пилат не желает казнить невинного сумасшедшего, за которого к тому же просит Клавдия.

И вот тут во всей красе разворачивается картина неумолимости среды, в которой Понтий находится. Жестокость вертикали власти - или ты ее раб, или тебя на нее же посадят, анусом. Иисус нарушил имперские законы - аргументируют Пилату первосвященники - он царем назвался, а ведь кроме Цезаря нет, и не может быть, других царей. Так что смертный приговор, и никак иначе.

И что после этого остается прокуратору? Швырнуть чашу, в которой он демонстративно умывал руки, в морды первосвященников. И туда же, к ним, мощным пинком отправить окровавленного Иисуса - нате, рвите собаки свою желанную жертву. А меня в ваши гнусные дела не путайте! Ну и еще достать из-за колонны ручной пулемет и покосить всю эту толпу, собравшуюся у него во дворе.

Но так поступить он не может. Должность не позволяет. Долг диктует ему Иисуса умертвить. И Пилат распоряжается.

Так что же получается, люди - рабы обстоятельств? Мария Магдалина и Понтий Пилат страдают, потому что им так суждено? Да, конечно.

Важно не то, что они страдали. Важно то - что они вынесли из всего этого. Боюсь только, что это - не любовь к роду человеческому.

Владимир Волошин