Стелла Иванова: «Какое бы ни было детство, оно у нас было, и это было счастье»

Стелла Иванова — одно из ярких имен настоящей сетевой литературы. Она известна всем, кто присутствовал во всемирной сети в годы расцвета Живого Журнала. Ник @iva-no-va появлялся в ТОП-50 авторов с завидной регулярностью.

Стелла Иванова: «Какое бы ни было детство, оно у нас было, и это было счастье» Множество публикаций в газетах и журналах, 15 лет ведения собственной программы на радио, авторской колонки в журнале, блог на «Эхе Москвы», огромная благодарная аудитория на Facebook. Осенью в издательстве Бомбора вышла первая книга Стеллы «Богиня Чортичо. Про черную руку, питонцев, платье в горошек и красивую девочку из прошлого века», в которой она делится воспоминаниями о детстве 70-80-х годов. Детство прошлого века — длинное-предлинное, совершенно бесконечное лето, которое длится, кажется, как целая жизнь. В этом сборнике рассказов вы найдете что-то, что подарит вам сладкую ностальгию о времени, которое уже не вернуть. В интервью со Стеллой мы поговорили о вдохновении, необычном названии и работе над книгой.

— Вы упоминали, что на создание новой книги вас вдохновили ваши читатели и подписчики. Расскажите об этом подробнее.

— Если уж быть совсем откровенной, то книжка эта просто сборник рассказов, которые были написаны в разное время и опубликованы сначала в Живом Журнале, а потом уже и в Фейсбуке. Я не знаю, как рассказать о вдохновении. Просто думаешь о чем-то приятном, погружаешься в воспоминания и всплывают какие-то образы, запахи, звуки. Целыми эпизодами — это такое погружение в память. В ней много чего сложено, как в компьютерном файле. Ничего не нужно придумывать: открываешь файл, а там и солнечный день, и запах яблок, и друзья, и детство.

— Почему книга называется «Богиня Чортичо»?

— Мы с моим редактором Юлией Драмашко долго думали, как назвать книжку. И были тысячи вариантов. Я не преувеличиваю. Но когда мне названия уже начали сниться, а согласия в товарищах все не было, Юля написала что-то вроде “Все, не думай больше. Название уже есть. Богиня Чортичо». Признаться, мне сначала не понравилось это название и я продолжала думать о нем. А почему именно Богиня Чортичо, вы узнаете, когда прочитаете книжку. Может, это я так интригу держу.

— Как вы считаете, какое влияние детство оказывает на дальнейшую жизнь человека?

Я не психолог, тем более, не детский психолог. «Все мы родом из детства», — сказал однажды известный писатель, автор «Маленького принца», Антуан де Сент-Экзюпери и добавил: «Все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит…».

— Ваши рассказы о простом советском детстве, со всеми прелестями того времени тотального дефицита, пионерских галстуков и линеек. Все ли они реальны? Как вам удалось вспомнить столько ярких историй?

— Эти истории не выдуманные, они на самом деле происходили со мной и моими друзьями. А сейчас, когда книжку прочитали многие, оказывается, что не только я и мои друзья попадали в такие приключения. Говорю же. Я нарочно ничего не придумывала. Воспоминания сами всплывают в разговоре, в переписке, так и появляются рассказики.

— Пришли ли вы сами к неожиданным открытиям, пока работали над книгой? Заставила ли работа над книгой ощутить приступы ностальгии, может быть, рассмеяться над забытым эпизодом, всплакнуть над событиями давно ушедших дней?

— Это как-то совсем по-взрослому — «работа над книгой». Мне кажется, что я не работала над книгой. Над ней работала моя редактор и художник Павел Павлов. Они увидели в этих незамысловатых рассказах что-то близкое для себя. И как-то незаметно сложился пазл, книжка появилась на свет.

— Короткий рассказ — особый вид творчества. Чем вас привлекает этот жанр? Как вы думаете, что в ваших рассказах больше всего цепляет читателей?

— Вы сами заметили, что я не писатель, я даже не литератор. Писатель — это Чехов, Толстой, Достоевский… А я просто записывала свои воспоминания. И коротко получалось потому, что выкладывала я их в Живом Журнале. Все, кто читают свою ленту друзей (будь то в ЖЖ или в Фейсбуке), знают, что даже существует мем — «многобукв» или «лонгрид» — длинное чтение. В сети как —быстренько глазами пробежал — и если что-то зацепило, тогда уже основательно читаешь. Длинные тексты неудобны: не каждая птица долетит до середины Днепра.

Стелла Иванова: «Какое бы ни было детство, оно у нас было, и это было счастье» — В предисловии вы упомянули, что ваша книга — это не плод многолетних раздумий. А, скорее, собранные под одной обложкой ощущения — запахи, чувства, удивления, страхи и радости детства. Как вы считаете, может ли она перенести читателя во времена беззаботного детства, заставить на время забыть проблемы и заботы взрослых людей?

— Я очень надеюсь, что да. Именно такие отзывы оставляют читатели, которые уже прочли всю книгу. И мне очень радостно от этого. Я каждый раз улыбаюсь, читая такие отзывы. Опять же потому, что мы все родом из детства. А многие даже и из одной песочницы.

— Для кого вы написали свою книгу? Будет ли она интересна молодым людям или больше рассчитана на более взрослого читателя, который также застал времена СССР?

— В общем-то, я не писала книгу. Я писала рассказы о своем детстве. И, безусловно, она будет интересна тем, кто рос в то же время 70-80 годах. При этом, мне кажется, что дети детей 70-80х будут удивлены и заинтригованы даже тем бытом, теми словечками, теми игрушками и играми, в которые играли мы. Исторические книги пишут же не для тех, кто пережил, скажем, тридцатые годы в СССР. А для тех, кому эта тема интересна, кто хочет узнать об этом больше. Так и с любой книгой, мне кажется.

— В вашу книгу можно нырнуть с головой, погружаясь в счастливые мгновения детства и юности, отдохнуть душой и зарядиться хорошим настроением. Расскажите, какие авторские приемы помогают вам увлекать читателя?

— Нет у меня приемов. Оттого и книжка несовершенна, если она попадет в руки профессионального критика, я уверена, что мне достанется. При этом, мне кажется, и это подтверждается уже теми, кто ее прочитал, книга легко читается. Наверное, потому что погружает читателя в воспоминания о своем детстве. О бабушках, о родителях, о друзьях. Вспоминаются забавные эпизоды. И читатель находит много параллелей. «Вот, да. У меня тоже так было!» Или «Надо же, я даже забыла об этом!».

— Как вам кажется, с каким чувством читатель закроет вашу невероятно душевную и искреннюю книгу?

— Мне бы хотелось, чтобы те, кто прочитает книгу, улыбнулись. Чтобы вспомнили свое детство. Чтобы им хотелось об этом рассказать своим детям или внукам. И чтобы книжка напомнила о том, что какое бы ни было детство, оно у нас было, и это было счастье.

Читайте нас в Facebook и Instagram

Рассказать друзьям