Еще откровеннее, еще жарче! Глава из нового романа «Мистер» Эрики Джеймс (автора прогремевшей трилогии «50 оттенков серого»)

В издательстве «Эксмо» выходит долгожданная новинка — роман английской писательницы Э.Л. Джеймс «Мистер». Несколько лет назад книжный рынок буквально взорвала ее дебютная трилогия, первая часть которой «50 оттенков серого» и по сей день остается мировым бестселлером. Сегодня Эрика Джеймс предлагает читателям новую сказку для взрослых — историю современной Золушки из Восточной Европы, покорившей сердце британского аристократа. Читатели Евы.Ру первыми смогут прочитать главу из книги, которая заставить сердце биться чаще!

Максимилиан Тревельян, новоиспеченный тринадцатый граф Треветик, бывший «запасной», а теперь единственный наследник знатного рода, живет праздной жизнью в современном Лондоне. Работает ди-джеем, занимается спортом и фотографией, по настроению пишет музыку, каждую ночь проводит с новой пассией. В какой момент жизнь Максима меняется окончательно и бесповоротно? После гибели старшего брата или все-таки после того, как он случайно узнает, что вместо пожилой горничной из Польши в его квартире поддерживает порядок очень юная и загадочная албанка?

Эта история больше чем страстный любовный роман с маркировкой 18+ – Эрика Джеймс поднимает темы куда более глубокие: бесправие женщины в традиционном патриархальном сообществе, домашнее насилие, социальное разделение, торговля людьми.

Еще откровеннее, еще жарче! Глава из нового романа «Мистер» Эрики Джеймс (автора прогремевшей трилогии «50 оттенков серого»)

ГЛАВА ИЗ КНИГИ

Он здесь и страшно зол.

Алессия застывает на месте, глядя в его горящие зе-
леные глаза. Высокий, стройный и полуодетый, он воз-
вышается над ней. Каштановые, с золотистыми пря-
дями, блестящими в свете люстры, волосы спутаны.
У него такие же широкие плечи, как в ее воспоми-
наниях, а вот татуировка на левом бицепсе куда бо-
лее сложная, чем помнится ей, — сейчас она может
разглядеть только крыло. Темная поросль на его гру-
ди редеет к накачанному поясу, снова начинается над
пупком и спускается за ремень джинсов. Облегаю-
щие черные штаны порваны на колене. Она отвора-
чивается, едва взглянув на его полные губы и зеленые,
как весенняя листва, глаза на прекрасном небритом
лице. Во рту пересохло, и Алессия не понимает, отче-
го… от волнения или от… того, что она взглянула на
него.

«Какой он красивый!»

«Слишком красивый».

И полуголый! А почему он так рассердился? Разве
она его разбудила?

Нет! Он же прогонит ее, не позволит больше играть
на рояле.

Алессия в панике опускает глаза, подыскивая верные
слова, и изо всех сил сжимает метлу, чтобы не упасть.
Кто, черт побери, эта зашуганная скромняга в кори-
доре? Ничего не понимаю. Вроде мы с ней раньше не
встречались. Картинка из полузабытого сна возникает
в памяти, как фотография поляроида: ангел в голубом
у моей постели. Она?.. И как она оказалась здесь — ноги
приросли к полу, перепуганное личико побледнело, гла-
за буравят пол. Костяшки ее пальцев постепенно белеют.
Девушка вцепилась в палку от метлы, как будто та дер-
жит ее на земле. Под шарфом не видно ее волос, а слиш-
ком широкий нейлоновый халат скрывает контуры ху-
денькой фигурки.

— Ты кто? — повторяю я вопрос чуть мягче.
Зачем пугать малышку? Она на мгновение поднимает
огромные глаза цвета кофе эспрессо, обрамленные не-
вероятно длинными ресницами, и снова пялится в пол.

Черт!

Я смотрел в ее темные бездонные глаза не более се-
кунды, и мне… скажем, не по себе. Она по меньшей мере
на голову ниже меня ростом, в ней где-то пять футов
и пять дюймов против моих шести футов и двух дюймов.
У нее тонкие черты лица: высокие скулы, чуть вздерну-
тый носик, гладкая светлая кожа, бледные губы. Ей не
помешало бы погреться несколько дней на солнце и как
следует поесть.

Она явно убирает мою квартиру. Горничная. Но по-
чему она? Или теперь она вместо другой?

— Где Кристина?

Все-таки ее молчание немного раздражает. Навер-
ное, девушка — дочь или внучка Кристины.

Она по-прежнему глядит в пол, стоит, хмуро сдвинув
брови. Ровные белые зубки покусывают верхнюю губу,
а глаза все так же упрямо опущены.

«Посмотри на меня», — мысленно приказываю я.
Мне хочется приподнять ее голову за подбородок, од-
нако девушка, будто прочитав мои мысли, сама смотрит
на меня. Ее взгляд встречается с моим, язычок нервно
облизывает верхнюю губу. Я вздрагиваю — мышцы мои
напряглись, а яркая вспышка желания бьет сильнее чу-
гунного шара, которым сносят старые здания.

«Чтоб тебя!»

Острое желание сменяется раздражением, и я недо-
вольно щурюсь. Да что за дьявольщина со мной творится?
Почему женщина, которой я никогда прежде не видел,
так на меня влияет? Крайне неприятно. Под тонкими
арками бровей темные глаза расширяются, девушка от-
ступает, ослабив хватку на метле, и та с громким стуком
падает на пол. Девушка грациозно, без усилий склоня-
ется к полу, поднимает метлу и снова цепляется за пал-
ку, как за спасательный круг. Ее щеки медленно покры-
ваются румянцем, и она что-то неразборчиво лепечет.
«Какого дьявола! Я что, перепугал бедняжку до по-
лусмерти?»

Я не хотел.

Злюсь-то я на себя. Не на нее.

Или есть другая причина?

— Может быть, ты меня не понимаешь? — спра-
шиваю я скорее себя, чем молчаливую собеседницу,
запуская пятерню в волосы и приказывая телу нако-
нец очухаться. Кристина отвечала односложно: «Да»
или «Здесь», и наши разговоры с ней сопровождались
подробной жестикуляцией с моей стороны, если я хотел
объяснить, что мне требовалось в дополнение к обычной
уборке. Эта девушка, наверное, тоже полька.

— Я убираю, мистер, — шепчет она, не поднимая
глаз.

Длинные ресницы веерами лежат на фарфоро-
во-гладких щеках.

— А где Кристина?

— Вернулась в Польшу.

— Когда?

— На прошлой неделе.

«Вот это новость! И какого черта мне никто об этом
не сообщил?»

Кристина мне нравилась. Она убирала мою кварти-
ру три года и знала все мои маленькие грязные секреты.
А я с ней даже не попрощался.

Может быть, это временно.

— Она скоро вернется? — спрашиваю я.

Морщинки на лбу у девушки становятся глубже, од-
нако она молчит, только бросает взгляд на мои ноги. Не
знаю почему, это меня смущает. Упершись руками в бе-
дра, я отступаю на шаг, с каждой минутой все меньше
понимая, что происходит.

— Ты здесь давно?

Она отвечает едва слышно, будто ей не хватает воз-
духа.
— В Англии?
— Пожалуйста, посмотри на меня, — прошу я.
Ее тонкие пальчики снова в отчаянии крепко обхва-
тывают деревянный черенок метлы. Можно подумать,
девушка намерена ею обороняться. Однако она нерв-
но сглатывает и поднимает голову, устремляя на меня
огромные бездонные карие глаза. В таких можно уто-
нуть. Мое тело встает по стойке «смирно», а во рту ста-
новится сухо, как в пустыне.

«Черт!»

— Я в Англии три недели.

На этот раз слова звучат яснее и громче. Незнакомка
говорит со странным акцентом и решительно выпячи-
вает подбородок. Ее губы порозовели. Нижняя кажется
чуть пухлее, а язычок снова пробегает по верхней губе.
«Ад и преисподняя!»

Она меня чертовски возбуждает. Я отступаю еще на
шаг и задумчиво повторяю:

— Три недели?

Что же со мной творится?

Что в этой девушке такого необычного?

«Она чертовски необыкновенная», — тихо звенит
у меня в голове.

О да. Даже в бесформенном халате дьявольски при-
влекательна.

«Сосредоточься!»

Она так и не ответила на мой вопрос.

— Нет. Я спрашиваю: как давно ты пришла в мою
квартиру?

Откуда эта малышка вообще взялась? Кажется, мис-
сис Блейк нашла Кристину через каких-то своих знако-
мых. Однако девушка, сменившая Кристину, по-преж-
нему молчит.

— Ты говоришь по-английски? — спрашиваю я, пы-
таясь вытянуть из нее хоть слово. — Как тебя зовут?
Девушка мрачно меня оглядывает — наверное, так
смотрят на идиотов.

— Да. Я говорю по-английски. Меня зовут Алессия
Демачи. Я нахожусь в вашей квартире с десяти часов
утра.

Ого! Да она и правда говорит по-английски!

— Понятно. Хорошо. Приятно познакомиться, Алес-
сия Демачи. А меня зовут…

«Как же представиться? Треветик? Тревельян?»

— Максим.

Она коротко кивает, будто бы собираясь сделать ре-
веранс, однако остается на месте, сжимая метлу и раз-
девая меня встревоженным взглядом.

Такое впечатление, что на меня со всех сторон на-
двигаются стены холла, грозя задушить. Хочется развер-
нуться и бежать что есть сил от этой странной девушки
и ее глаз, переворачивающих душу.

— Ну, рад был с тобой познакомиться, Алессия. Про-
должай уборку, пожалуйста. — Подумав, я прошу: —
И смени заодно постельное белье. — Взмахом руки я по-
казываю, где находится моя спальня. — Ты ведь знаешь,
где лежат простыни?

Она молча кивает.

— Я пошел в спортзал, — негромко сообщаю я, не-
понятно с чего вдруг отчитываясь перед новой горнич-
ной.

Пока он разворачивается и идет по коридору к спаль-
не, Алессия с облегчением вздыхает и опирается о мет-
лу. Она смотрит ему вслед, отмечая, как перекатывают-
ся мышцы на его спине до круглых ямочек над поясом
джинсов. Стоя, он выглядит даже более привлекатель-
ным, чем лежа на кровати. Она закрывает глаза, ощу-
щая каждый удар сердца.

Он не прогнал ее, но может позвонить Агате, подруге
Магды, чтобы та подыскала другую горничную. Он так
разозлился — наверное, она ему помешала? — и не по-
добрел к концу разговора.

А почему?

Алессия хмурится и пытается сгладить поднимающи-
еся волны паники, глядя на рояль в гостиной.

Нет. Этого допустить нельзя. Если потребуется, она
станет молить о прощении и никуда не уйдет. Она не
хочет. Она не может уйти. Рояль — ее единственна от-
душина. Единственная радость.

А есть еще и сам Мистер. Его подтянутый живот, го-
лые ноги, внимательный взгляд, прожигающий до глу-
бины души. У него лицо ангела, а тело… ну, в общем…

Она краснеет. Нечего о таком и думать.

Он такой красивый!

Нет. Хватит. Сосредоточься.

Э.Л. Джеймс — псевдоним английской писательницы Эрики Леонард Митчелл, автора нашумевшего эротического романа «50 оттенков серого» и его продолжений. Изучала историю в Кентском университете, работала на телевидении, в свободное время писала фанфик на вампирскую сагу «Сумерки», увлечение которой вылилось в успешную писательскую карьеру. В 2012 году Джеймс вошла в список «100 самых влиятельных людей мира» по версии журнала «Time». Живет в Лондоне с мужем и двумя сыновьями.

Читайте нас в Facebook и Instagram

Рассказать друзьям

rambler